Назад к блогу

В свое время я написала сборник рассказов «Французские парадоксы», который по сей день очень люблю. Про мой переезд во Францию. Но когда переезжаешь из Перово в Раменки, то новые ощущения, вызванные размером адаптации превышает в некоторые моменты по яркости переезд из России на Лазурный берег.
Это касается всего. Нет привычных «Магнитов» и «Пятерочек», превалируют «Азбуки вкуса» и «Перекрестки», где продают яблоки с той же овощной базы (благо, за десятилетние работы в собственном пищевом производстве я их все выучила), но втридорога. И в подъезде сидит консьержка (боюсь, что даже такое слово под силу выговорить не всем жителям Перово). С нее и стоит начать…
Когда мы въехали консьержка уже была. На окошечке было написано ее имяфамилияотчество. Как полагается. К этому времени новые жители уже сколотили жилсовет, который принял решение об установке камер во всех наших лифтах и даже о том, что за эти камеры надо заплатить (ох, не люблю я жилсоветы и прочие народные организации. Смиряю себя, вспоминая гениального Платонова с его Ювенильным морем). Так вот. Оказалось, что главной задачей консьержки является просмотр того, что делают люди в лифтах по экрану, который ей вывели со все лифтовых камер. Делает она это тщательно. Как только ты выходишь из лифта, забыв, что все это время тебя тщательно разглядывают, так она выскакивает из своей коморки и подробнейшим образом комментирует твое поведение в лифте. М-да. Но к жилсовету причитались камеры, к камерам – консьержка, а к консьержке — …
Как-то раз, когда я возвращалась с тренировки, она остановила меня и строго так спросила:
— Не хотите оплатить?
— За что оплатить? — удивилась я.
— За консьерж. Здесь все платят.
Я удивилась еще больше. У меня во Франции я поздравляю консьержку с Новым годом и Рождеством, но все остальные траты включены в оплату квартиры. Я уточнила, даст ли она мне чек или есть ли заключённый договор или квитанция или выставленный счет. Она обиделась. Пожаловалась жильцам из жилсовета и ко мне пришла делегация. Делегация была составлена из мужчин, лишенных видимо органов слуха. Потому, что они очень громко говорили и когда я открывала рот, чтобы что-то сказать, то увеличивали громкость и скорость речи. Начали с того, что здесь все так делают, потому, что они так решили, потом перешли на личности и я закрыла дверь…
Теперь мы с детьми очень осторожно ведем себя в лифтах. А проходить мимо консьержки стало опасно, так как она излучает такое презрение и негодование, что его излучение потом действует несколько часов. И хотя рэкет прекратился, но я понимаю, что это ненадолго…

Клиенты: